— Ле-ен… Дай разочек!
Не знал, что делать с мучительной эрекцией. Яйца звенели.
Андрюха (не врет?) имеет сестру постоянно. А я-то кто?
— Лен, в попку.
— Нет.
Я подошел к сестре сзади. Два хвостика на голове, тоненькая спинка… Узкая, почти мальчишечья попочка. Позвонки видны сквозь ткань тонкой черной футболки.
— Дай, тебе жалко, что ли? («От тебя ведь не убудет, — пришла в голову чья-то чужая мысль. — Разок туда, разок обратно…»)
Я протянул руки и стал ласкать крохотные сисечки сестры. Сосочки, хоть и были миниатюрными, устойчиво напряглись и слегка встопопорщились. Вообще-то Ленка любила, когда я трогал ее сосочки. Будучи в хорошем настроении, она позволяла мне их лизать. Но характер у маленькой стервы был еще тот. Девчонка во всем искала свою выгоду, и мне постоянно приходилось расплачиваться то фломастерами, то шариковыми ручками, то прочей дребеденью.
— Ну в попочку, Ленка.
Сестра решительно обернулась — тут я понял, что ничего мне не светит. Взор восьмилетней девочки был осуждающ.
— Ты понимаешь? Понимаешь, к чему ты меня склонил? Это называется инсект…
По новой программе биологию начали преподавать гораздо раньше. В бедной головенке девятилетней сестры спутались понятия «инцест» и «инсект».
— Да ладно! Никто не узнает. Ну дай разочек.
Ленка засучила ножками. Я смекнул, что не все потеряно.
— А Ефанов говорит, что сестра ему постоянно двет. Даже в письку! Вот!
— Надька-то? — сестрица рещительно встряхнула головными хвостиками. — Да что с них взять, семейка еще та…
Было довольно-таки удивительно выслушивать рассуждения малолетки, приличествующие, скорее, солидной матроне, нежели тощей второкласснице с худенькой попкой.
— Ладно, кончай базар. — Я стал задирать короткую Ленкину юбку. Трусы, она, конечно, зараза, не надела.
— Э! Ты торопишься, брат!.. А…
Голая попуська сестры являла собой весьма эротическое зрелище. Губоньки писи почти ничем не отличались от мальчиковых яичек. Я, однако, не сторнник некоторых странностей — тех, которые давно признали нормой, и все же! — мне куда милей девичья попочка, с намечающимися округлостями, попа, миниатюрная, с одной стороны, — с другой, таящая в себе потенциал — гармонию и мощь Вселенной в будущем.
Анусок сестрицы был весьма узок, но я не так чтобы смущался этим обстоятельством. Андрюха рассказывал, что там отверстие попросту смешное. О девчачьей письке и говорить нечего, а в попку можно засадить. Ох и трепло же этот Андрюшка. Впрочем, если послушать всех одноклассников, то мало кто не ебет своих сестер, младших или старших. В основном, естественно, младшеньких. Но и старшим кое-что перепадает.
Я погладил сестру по спине — и она, умница, мгновенно поняла, что требуется сделать. Выпятила попку. Безо всякого вазелина (что еще за предрассудки?) я ввел головку в призывно разверстый анус отличницы. «Ой!» Что еще за «Ой»? Ойкать будем потом. Я погрузил пенис наполовину. Лена тихонько всхлипнула.
Последний год детства! Седьмой класс! В восьмом надо уже как-то определяться с профессией — то ли заканчивать десятилетку и стремиться к вышке, то ли, увы, прозябать в ПТУ. Хотя тоже не такой уж плохой вариант. У́лин, коллега по несчастью, будучи вызван к доске, ляпнул по малоумию: «А я ничего не знаю». — «Садись, три». Каким бы ты ни был дураком, специалиста из тебя сделают. А пока можно ебать попочки маленьких сестриц.
Даже удивился — член вошел почти до упора. Ленке явно не было больно, напротив, она уже начала получать свой маленький девчоночий кайф. Говорят, девчата с ранним сексуальным развитием приемлют все, за исключением двух положений: им не нравится, когда лижут («щекотно!») и не нравится в попу. Смею вас заверить, друзья-педофилы, что анус шести-восьмилетних девочк растяжим, и растяжим настолько, что без всякого труда принимает пенис взрослого мужчины. Проверено на практике. Что уж тут говорить об остреньком хуйке подростка…
Я сделал всего лишь три фрикции и излился в сестру. Немного подержал обкончавшийся член в попе октябренка.
— Доволен? — спросила Ленка. — Теперь приступай к математике.
«Дважды три — шесть, — пытался втолковать этой дурочке. — Сумма углов треугольника всегда равна ста восьмидесяти градусам…»
Ленка зевнула.
— А давай в письку!
— Ну дава-ай…
Снова был сзади. Легко входить в девочку, как они это называют, «по-голубиному». Ебать в писю тоже приятно. Половой орган сестренки был упруг и даже довольно-таки тесен. Посношав дитя, я не преминул спустить.
Сестрица с двумя обспермленными дырочками валялась на животике, отдыхая. Мутная светло-серая жидкость неторопливо вытекала из обеих.
— А Настька тебе нравится? Было бы интересно посмотреть, как ты ее… это самое…
Извращенушка моя, хочешь посмотреть, как я буду совокупляться с твоей подружкой? Забавно. Да, склонность к некоторым отклонениям закладывается в детстве. Что тут поделаешь!
Все зависит от концепции, от людей, ради которых живешь. Живешь для себя, пялишься в смартфон? Или созидаешь что-то, пусть маленький оргазм ребенку? Полижи ему.
И ты не останешься внакладе.